Мозжечковые расстройства (17,7%) проявлялись в виде промахивания при пальценосовой пробе, неустойчивости в позе Ромберга, интенционного дрожания. Расстройства чувствительности носили преимущественно корешковый характер.

В периоде реконвалесценции наблюдался быстрый регресс диффузных и очаговых нарушений нервной системы. 95,4% больных выздоровели, а у 4% остались ограниченные атрофические монопарезы. Лишь в одном случае наступил летальный исход в результате острой сердечно-сосудистой недостаточности. Приведенные данные показывают, что неврологические нарушения у больных были слабо выраженными, характерными для диффузного менингоэнцефалита. Мы полностью разделяем

мнение А. Г. Панова (1956), что такого рода нарушения обусловлены прежде всего воспалительным отеком мозговой паренхимы и ликвородинамическими   сдвигами.

Среди многообразия клинических проявлений острого периода в каждом случае можно было выделить ведущий синдром болезни (И. И. Протас, 1962). Исходя из этого, а также учитывая выраженность и стойкость неврологических нарушений, мы выделили 4 клинические формы заболевания: общеинфекционную, менингеальную, менингоэнцефалитическую и менингоэнцефало-миелитическую. Выделенные формы дают более очерченное представление о клинике КЭ в Белоруссии.

Общеинфекционная форма (12%). У этих больных заболевание протекало без заметных нарушении нервной системы. Клиническая картина состояла из кратковременной лихорадки, головной  боли, тошноты.